Карла, которая всегда была для Джей Ди не просто старшей медсестрой, а чем-то вроде второго наставника, человека, который мог сказать правду в лицо и не боялась, что её услышат, теперь смотрит на него с таким холодом, что даже привычная теплота коридоров «Святого сердца» кажется ледяной пустыней, и всё потому, что Джей Ди, который в очередной раз пытался наладить разговор с Коксом и в отчаянии ляпнул первую попавшуюся фразу, не подумав, выдал секрет Карлы, который она доверила ему в минуту слабости, когда рассказывала о том, как боится, что Тёрк однажды не вернётся из операционной, и теперь Карла, которая никогда не прощала предательства, даже нечаянного, проходит мимо Джей Ди так, будто его не существует, и он, привыкший к тому, что его ругают, критикуют, высмеивают, но никогда не игнорируют, вдруг понимает, что равнодушие - это самое страшное наказание, потому что оно означает, что человек, которого ты предал, больше не считает тебя достойным даже гнева, и Джей Ди ходит по клинике, собирая по крупицам возможность извиниться, но Карла не даёт ему ни единого шанса, и в этом молчании, которое длится уже несколько дней, он начинает осознавать, что доверие, которое он так легкомысленно растерял, не восстанавливается быстрыми извинениями или дорогими подарками, а требует времени и настоящих поступков, которых он пока не знает, как совершить.
Хирургическое отделение превратилось в настоящий базар тщеславия после того, как Келсо объявил, что возьмёт с собой в поездку по Мексике только одного коллегу, и теперь каждый хирург, от маститых профессоров до молодых ординаторов, пытается доказать, что именно он достоин этой чести, и Тёрк, который в обычной жизни не стал бы участвовать в таких гонках, вдруг понимает, что для него это не просто поездка, а возможность показать, что он не просто хороший хирург, а лучший, и он начинает играть по правилам, которые установил Келсо, угождая, поддакивая, предлагая свою помощь в тех вопросах, которые раньше его не интересовали, и с каждым днём этой игры ему всё труднее смотреть на себя в зеркало, потому что он видит там человека, который ради поездки готов забыть о своей гордости, и только Карла, которая всё ещё не разговаривает с ним, одним своим холодным взглядом напоминает ему о том, кем он был, и этот взгляд, полный разочарования, оказывается для Тёрка тяжелее любых конкурентных испытаний, потому что он понимает, что, возможно, победа в этой гонке будет стоить ему того уважения, которое он так долго завоёвывал в её глазах.
Эллиот, которая уже второй год пытается доказать Коксу, что она достойна его внимания, решает, что пришло время для кардинальных мер, и вместо того чтобы, как обычно, стараться быть идеальной и правильной, она начинает вести себя так же резко и цинично, как сам Кокс, надеясь, что он оценит её способность быть жёсткой и не сентиментальной, но каждый раз, когда она отпускает колкое замечание в адрес пациента или коллеги, её голос дрожит, и Кокс, который замечает эту дрожь, вместо уважения смотрит на неё с жалостью, которая для Эллиот хуже любой критики, потому что она хочет быть его равной, а не объектом снисходительного сочувствия, и после очередной неудачной попытки она сидит в ординаторской и не может понять, почему всё, что она делает, работает не так, как надо, и почему Кокс, который уважает тех, кто не боится быть собой, не может уважать её, когда она пытается быть собой, пока Джей Ди, который всё ещё ходит с чувством вины перед Карлой, не говорит ей, что, возможно, Кокс ждёт от неё не того, чтобы она была его копией, а того, чтобы она перестала быть вечной ученицей, которая ищет одобрения, и начала быть просто врачом, который знает, что делает, и не нуждается в том, чтобы кто-то это подтверждал, и Эллиот, которая никогда не думала об этом, вдруг понимает, что всё это время она так старалась понравиться Коксу, что забыла о том, что она - это она, и что, возможно, настоящий путь к уважению лежит не через подражание, а через принятие себя, даже если это принятие будет означать, что Кокс никогда не скажет ей того слова, которое она так ждала.
