Джордан и Кокс, которые впервые столкнулись с серьёзной болезнью своего сына, обращаются к лучшему педиатру клиники, и с ужасом обнаруживают, что этот врач - точная копия самого Кокса, с той же циничной улыбкой, с теми же резкими манерами и с той же привычкой унижать пациентов, и теперь Кокс, который сам лечил своих пациентов, не обращая внимания на их чувства, вдруг понимает, каково это - быть на месте тех, кого он так часто заставлял плакать, и когда педиатр, осмотрев ребёнка, говорит, что всё будет хорошо, Кокс впервые в жизни не находит язвительного ответа, потому что понял, что иногда самая большая мудрость - это просто признать, что ты ничего не понимаешь, когда речь идёт о том, кого ты любишь.
Тёрк, Джей Ди и Эллиот получают своих первых стажёров, и их отношение к новичкам оказывается совершенно разным: Тёрк, который помнит, как сам был стажёром, пытается быть мягким и понимающим, Джей Ди, который хочет быть как Кокс, пытается быть жёстким, но у него плохо получается, а Эллиот, которая только недавно обрела уверенность, вдруг понимает, что её стажёр знает больше, чем она, и это открытие заставляет её снова усомниться в себе, и только когда Кокс, наблюдающий за этой картиной, говорит ей, что хороший врач - это не тот, кто всё знает, а тот, кто не боится учиться, она находит в себе силы признать, что её стажёр действительно умнее, и что в этом нет ничего страшного.
Джей Ди, который после расставания с Шоном пытается сохранить хотя бы профессиональные отношения, отказывается слушать его советы по лечению пациента, потому что каждый его совет кажется ему попыткой вернуть то, что было, и только когда пациент, который не получает правильного лечения, начинает задыхаться, Джей Ди понимает, что его гордость может стоить человеку жизни, и он бежит к Шону, просит помощи, и когда пациент идёт на поправку, он смотрит на Шона и говорит спасибо, и в этом спасибо, которое даётся ему с трудом, есть признание того, что иногда самое трудное - это не быть правым, а признать, что ты ошибался.
Уборщик, который годами проходил мимо одной и той же стены, вдруг замечает на ней черту, которая, кажется, не имеет никакого смысла, и он пытается оттереть её, закрасить, содрать, но черта не исчезает, и только когда он, уставший от бесплодных попыток, садится на пол и смотрит на эту стену, он понимает, что черта была здесь всегда, просто он её не замечал, и что, возможно, его желание избавиться от неё - это просто желание избавиться от того, что напоминает ему о том, как мало он значит в этой жизни, и когда он, наконец, перестаёт бороться, он чувствует странное облегчение, потому что понял, что иногда нужно просто принять то, что нельзя изменить, и жить дальше.
